В 2023 году государственные средства на поддержку агропромышленного комплекса составят 445,8 миллиарда рублей. Половина суммы будет изъята из зернового сектора в виде экспортных пошлин, то есть те деньги, которые аграрии сами бы потратили на новую технику, технологии и повышение зарплат, чиновники у них забрали, пообещав отдать обратно, но уже по своему усмотрению. Вспомните об этом, когда услышите отчеты о рекордных вложениях бюджета в сельское хозяйство.
Но поговорим подробно о субсидиях. Программе эффективного вовлечения в оборот земель сельхозназначения и развития мелиорации добавили 13,2 миллиарда рублей (рост по сравнению с 2022-м - 52 процента). По моему мнению, инициатива освоения новых пахотных площадей подобна идее выращивать кукурузу за полярным кругом, появившейся во времена Хрущева. Там, где продукцию производить рентабельно, ее и так производят.
Аграриям нужны плодородные земли, развитая логистика и наличие трудовых ресурсов. Но все это имеет смысл, если есть спрос на их продукцию и деньги у компаний, чтобы ее закупать. При нынешних ценах и ситуации с зарплатами на селе расширение бизнеса бессмысленно. Оно будет идти только до тех пор, пока пашня дотируется. Когда поток казенных денег иссякнет, поля зарастут, как это было в 1990-е годы.
Кстати, хотелось бы напомнить, что максимальные площади пахотных земель в России были в 1980-е, когда мы закупали зерно в США. Сейчас, несмотря на сокращение возделываемых угодий, страна - один из крупнейших экспортеров продовольствия. Увеличение сельхозплощадей не гарантирует роста производства, но точно гарантирует рост затрат.
На развитие отрасли и техническую модернизацию агропромышленного комплекса выделяют 83,4 миллиарда рублей. Но при снижении цены на зерно на треть за год и при росте затрат на выращивание сельхозкультур на 20 процентов имеет ли смысл вкладывать дополнительные средства в АПК? И кстати, что с уровнем жизни сельчан? На государственную программу комплексного развития сельских территорий добавили 7,4 миллиарда рублей (это на 14 процентов больше, чем в прошлом году). Но и из-за изъятых в виде пошлины средств сельчане не смогут сократить огромный разрыв в зарплате с горожанами. При нынешнем уровне доходов удержать молодежь в селах очень сложно.
Чиновники заявляют, что соблюдают договоренность с аграриями и собранные пошлины вернутся к ним. Но это не совсем так, ведь деньги передаются не тем, у кого их забрали. К примеру, ставропольские производители зерна потеряли из-за введения пошлин более 20 миллиардов рублей. Обратно они получат всего 460 миллионов. Сложно считать возвращенными деньги, переданные Росагролизингу, страховым компаниям и семеноводческим центрам. В существующем виде поддержка часто является зашифрованной помощью другим отраслям экономики.
Возьмем для примера льготные займы. Каждый год объемы кредитования растут. Из-за инфляции аграрии берут все больше, чтобы покрыть нехватку оборотных средств. Но в итоге в выигрыше остаются банки, которые продвигают свои продукты. При этом используются государственные субсидии по ставке Центробанка. В таких условиях можно выдавать займы и под меньший процент - два-три. И еще: чтобы сделать кредиты дешевле, нынешние дотации из бюджета вовсе не обязательны.
По итогам прошлого года банки заработали свыше одного триллиона рублей. К сожалению, не публикуется информация, какую долю заемных средств получили агрохолдинги. Цифры наверняка бы удивили и дали пищу для размышлений аналитическому блоку правительства страны. Почему крупный бизнес дотируется наравне с мелким и средним?
Необъяснимо дорого обойдется аграриям и любовь наших чиновников к агрострахованию. В соответствии с законодательством это добровольная процедура.
Но аграрии не хотят страховать посевы по правилам, согласованным Национальным союзом агростраховщиков и утвержденным Минсельхозом РФ. Согласно этим правилам, получить деньги, если с урожаем что-то случилось, крайне сложно, а порой и вовсе невозможно.
Не улучшили сомнительную репутацию этого механизма даже ежегодные дотации. Например, общий бюджет на поддержку АПК в Ставропольском крае составляет 6,1 миллиарда рублей. Из них 1,08 миллиарда (17,5 процента) пойдут на поддержку страхования. Но даже такая помощь не слишком убеждает, поэтому аграриев уговаривают иным способом: тем, кто не хочет страховаться в частных компаниях, уменьшают субсидии. С недавних пор они привязаны к наличию у сельхозпроизводителя полиса страхования урожая.
И это лишь краткий обзор того, насколько меры поддержки способны хотя бы кого-то поддержать. В данной ситуации требуется провести серьезную ревизию субсидирования и пересмотреть сферы, в которые направляются государственные средства, и механизмы поддержки.
Сейчас у России появилась уникальная возможность занять существенную долю рынка зерна, экспортируемого из черноморского региона, и повысить свое значение как гаранта продовольственной безопасности для южных стран. К примеру, в нынешнем сельскохозяйственном сезоне Россия может отправить на экспорт 65-68 миллионов тонн зерна, сохранив остатки на уровне прошлого года (15 миллионов тонн). Но из-за ограничений, административных барьеров, квот и пошлин, а также логистических проблем, которые никто не решает, будет продано 55-56 миллионов тонн, то есть в первом полугодии 2023-го Россия потеряет три-четыре миллиарда долларов, которые сейчас так необходимы экономике.
Ставропольская правда
Портал органов государственной власти Ставропольского края
Президент Российской Федерации
Правительство Российской Федерации
Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации
Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации
Интернет-ресурсы в субъектах Российской Федерации
Официальный сайт Губернатора Ставропольского края